Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

ИСТОРИЯ ОДНОЙ КНИГИ

1930-е г. были для русской эмиграции в Париже чрезвычайно трудными: в стране быстро увеличивалось число безработных, росли антирусские настроения, надежда на быстрое возвращение в Россию исчезла, большинство думало лишь о том, как заработать на «кусок хлеба». На этом фоне несколько странным казалось даже само слово «свадьба». Между тем жизнь продолжалась и одним из доказательств этого было бракосочетание Александра (Исаака) Абрамовича Островского и Елизаветы Моисеевны Кроль.

Событие это не могло остаться незамеченным для части русской эмиграции, а именно для членов русской масонской ложи Северная Звезда, работавшей в Париже в союзе Великого Востока Франции[1]. Дело в том, что дочь бывшего народовольца, видного этнографа, присяжного поверенного, эсера, депутата Учредительного собрания, второго стража (третий по важности пост в ложе) Северной Звезды Моисея Ароновича Кроля (1862—1943) выходила замуж за члена той же ложи А.А. Островского. На заседании ложи было решено преподнести подарок. Этим подарком стала книга Ж. Де Нерваля «Путешествие на Восток» (нумерованный экземпляр 307), на которой члены масонской мастерской оставили свои автографы. Но прежде, чем перечислить имена подписавшихся, следует несколько слов сказать о самом А. А. Островском.

А.А. Островский родился в 1904 г. в буржуазной еврейской семье, провел детство в Иркутске, где окончил гимназию и два курса юридического факультета местного университета. Возможно,
А.А. Островскому удалось бы «затеряться» в сибирских просторах, если бы не одно обстоятельство: он был членом Партии социалис
тов-революционеров (как и его будущий тесть). Когда же по России прокатилась волна арестов членов этой партии, на семейном совете было принято решение: бежать. В 1923 г. семья островских с контрабандистами перешла советско-маньчжурскую границу и добралась до Харбина. Затем последовал путь во многом типичный для эмигранта из России. Александр Абрамович пытается получить образование в Льеже, Праге, но полное безденежье заставляет его бросить учебу, перебраться в Париж и по рекомендации знакомых в 1927 году поступить в меховое дело (дом Л. Неусыхина) и вырасти со временем до директора мехового предприятия. Вслед за этим следовали 13 лет работы, мобилизация в 1940 г. во французскую армию, ранение, бегство на юг Франции, кончина тестя и снова работа. Лишь в 1954 г. А.А. Островский наконец-то смог переломить ход своей эмигрантской жизни. Дело в том, что долгие годы А.А. Островский увлекался литературой, философией, живописью, сам писал пейзажи, собирал старинные книги, марки, даже делал рисунки «на заказ» для масонских лож. И вот в 50 лет А.А. Островский бросает свою прежнюю работу, приносившую стабильный доход, и становится антикваром, открывает свой собственный магазин на бульваре Распай в Париже. Стать хорошим антикваром в Париже намного сложнее, чем овладеть секретами мехового дела, но А.А. Островскому это удалось и он становится ведущим поставщиком ряда крупных музеев Франции.

Отметим также, что от М.А. Кроля А.А. Островский «унаследовал» пост архивиста и библиотекаря ложи Северная Звезда. Когда же из-за малочисленности и престарелости членов ложа была закрыта, А.А. Островский при помощи Татьяны Алексеевны Осоргиной передал все материалы ложи в Национальную библиотеку Франции (подчеркнем, что французские масонские коллекции, например, Ж. Бейло, продавались в Национальную библиотеку, а не приносились в дар). Произошло это в начале 1970-х г., а в 1983 г. А.А. Островский ликвидировал свое антикварное дело, тем не менее наиболее дорогие для себя документы (личные масонские патенты, грамоты, некоторые книги) А.А. Островский до своей кончины в 1994 г. хранил при себе[2].

Последние годы жизни А.А. Островский тяжело болел, тем не менее через Т.А. Осоргину отвечал на все вопросы, которые возникли у меня при подготовке к публикации книги М.А. Осоргина «Вольный каменщик» и работы Т.А. Бакуниной (в замужестве Осоргиной) «Знаменитые русские масоны». В 1995 году вдова
А.А. Островского, также уже тяжело больная, передала мне эти «личные» масонские документы.

Сборник, который читатель держит в своих руках, посвящен Г.И. Газданову, поэтому особо отметим, что имя писателя не только стоит на воспроизводимом ниже «свадебном» подарке А.А. островскому, но что А.А. Островский и Г.И. Газданов на протяжении почти 40 лет еженедельно встречались на заседаниях русских парижских лож Северные Братья[3] и Северная Звезда. Благодаря усилиям А.А. Островского пусть небольшое, но любопытное «масонское дело» Г.И. Газданова сохранилось в национальной библиотеке Франции (здесь отметим, что на любого, вступающего в масонскую ложу, заводилось «личное дело» с момента его первого собеседования, в котором участвовали, как правило, три человека; вопросы перед посвящением были самые разные — философского, литературного, морально-нравственного порядка; однако в Северной Звезде многие дела не сохранились, в то же время личная папка Газданова не была уничтожена и не исчезла как сотни аналогичных «дел»).

Возвращаясь к книге, скажем, что в разные годы в ложе Северная Звезда состояло 164 человека, из них 47 человек оставило свои подписи на книге. Конечно же, дать сколько-нибудь подробные характеристики этих лиц из-за объема издания не представляется возможным, поэтому лишь кратко назовем первых из подписавшихся:

Василий Алексеевич Маклаков — российский посол во Франции, оратор и почетный досточтимый мастер ложи;
Исаак Леонтьевич Тригер — доктор медицины, «тонкий» музыкант, казначей ложи в 30—32 гг.;
Федор Осипович Немченко — руководитель экспортно-импортной конторы;
Александр Захарович Вильк — инженер по образованию, занимался в эмиграции ювелирным делом и перепродажей бриллиантов, знаменосец ложи с 5 ноября 31 г.;
Исидор Николаевич Квиль — инженер-технолог;
Яков Лазаревич Делевский (Юделевский) — бывший народоволец и эсер, публицист, общественный деятель;
Рубен Иванович Берберов — бывший нефтепромышленник, в эмиграции писатель и журналист;
Александр Осипович Маршак — торговец ювелирными изделиями, последний досточтимый мастер;
Илья Иосифович Очан — доктор медицины, общественный деятель;
Александр Прокофьевич Марков — экономист, общественный деятель, один из руководителей казачьих организаций в эмиграции;
Давид Яковлевич Брун — доктор медицины;
Виктор Антонович Курилов — писатель;
Николай Дмитриевич Авксентьев — один из лидеров эсеров, первый досточтимый мастер Северной Звезды, в 32—33 гг. — библиотекарь ложи;
Абрам Самойлович Альперин — видный общественный деятель, руководитель Северной Звезды в период, когда было «преподнесена» книга;
Виктор Исаакович Якобсон — один из руководителей сионистского движения;
Исаак Осипович Маршак — инженер;
Михаил Матвеевич Тер-Погосян — эсер, редактор «Дней», один из досточтимых мастеров Северной Звезды;
Антонин Петрович Ладинский — писатель;
Петр Семенович Иванов — эксперт-бухгалтер, художник, поэт, также зять М.А. Кроля;
Самуил Абрамович Кремер — юрисконсульт;

...Список этот можно было бы продолжать еще долго, но отметим лишь две черты состава ложи Северная Звезда: в нее входили либо видные общественные деятели (К.Р. Кровопусков,
Н.М. Мельников, П.Н. Переверзев и т.д.), либо члены «Ордена русской интеллигенции» (М.А. Осоргин, П.А. Нилус, В.К. Агафонов, И.Я. Билибин и др.). Вольные каменщики, подписавшие книгу, входили в круг близких друзей и знакомых А.А. Островского, но этот круг во многом совпадал с кругом общения Г.И. Газданова.


Для характеристики же Г.И. Газданова интерес представляет одна, но чрезвычайно важная черта. Книга была подписана 19 декабря 1931 г., т.е. тогда, когда Газданов еще не был масоном, а только проходил «опрос» перед посвящением и лишь в этом ка честве присутствовал в «масонском храме». Тем не менее, он наряду с другими оставил свой автограф. Характерно еще и то, что на 4-й странице подписи оставили лица, которые, как и Г.И. Газданов и А.А. Островский, стали ближайшими помощниками «заговора» М.А. Осоргина и М.М. Тер-Погосяна по изменению характера русского масонства союза Великого Востока Франции и целенаправленному превращению ложи Северная Звезда из общественно-политической организации в элитарный круг интеллигенции с духовно-нравственным направлением ложи на первом плане.

Состав лиц, посетивших последнее в календарном году заседание ложи 1931 г. (1 декабря)[4] и подписавших книгу, почти полностью совпадает (в этот день Н.А. Гольдштейн, С.А. Кремер
М.М. Мабо и В.А. Курилов прочитали свои «зодческие работы» на соискание 2-й масонской степени), но тогда возникает вопрос: почему на книге стоит дата 19, а не 16 декабря? Что это, ошибка А.А. Островского? Вероятно, нет. Дело в том, что в самом конце 1931 г. в ложе стали возрождаться забытые масонские традиции (это стало возможным в связи с выделением «политиков» в отдельную ложу — Свободная Россия): траурные поминания умерших братьев, организация конкретной взаимопомощи через «Бухгалтерский кабинет М. Мабо», а главное (для характеристики представляемой книги) — организация неформальных встреч («кружки Кроля»). Поясним: перед своей кончиной Л.А. Кроль завещал определенную денежную сумму, которая шла на то, что члены ложи могли бесплатно по воскресеньям собираться в одном из парижских кафе на Монпарнасе для обсуждения текущих вопросов. Таким образом, можно с достаточной уверенностью говорить. Что книга была подписана не на самом заседании ложи (в четверг), а за «кружкой Кроля» (в воскресенье), где еще не посвященный в масонство Г.И. Газданов мог участвовать в обсуждении будущего ложи.

Иными словами, лишь одна подпись Г.И. Газданова, но в определенном контексте, позволяет говорить о том, что писатель осознанно стал вольным каменщиком (по рекомендации «заговорщиков» М.М. Тер-Погосяна и М.А. Осоргина) и активно поддержал «неполитическое» крыло русского масонства.



[1] Подробнее о ложе Северная Звезда см.: Серков А.И. История русского масонства (1845—1945). СПб., 1997. Серков А.И. История русского масонства после Второй мировой войны. СПб., 1999.

[2] См. фотографию и некролог А.А. Островского: Cahiers Ivan Tourgnйniev, Pauline Viardot, Maria Malibran. № 19. Paris, 1995. P. 174—175.

[3] История этой ложи и влияния М.А. Осоргина на молодых писателей представляет собой отдельную тему и здесь особо не затрагивается. Частично об этом см. указанные монографии.

[4] Национальная библиотека Франции. Архив ложи Северная Звезда. Картон 1. Фонд, после скандальной публикации книги Н.Н. Берберовой «Люди и ложи» на неопределенное время закрыт для исследователей.