Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Российское научное зарубежье: Материалы для биобиблиографического словаря. Вып. 2 [Пилотный]: Психологические науки: XIX — первая половина ХХ в. / Авт.-сост. Н.Ю.Масоликова, М.Ю.Сорокина.

Российское научное зарубежье: Материалы для биобиблиографического словаря. Вып. 2 [Пилотный]: Психологические науки: XIX — первая половина ХХ в. / Авт.-сост. Н.Ю.Масоликова, М.Ю.Сорокина.

Год выпуска 2010
Число страниц: 124
Переплет: мягкий
Иллюстрации: нет
ISBN: 978-5-98854-027-4, 978-5-98854-029-8
Вес: 140 г.
Голосов: 2, Рейтинг: 2.77
196 р.
Оставить отзыв

Описание

Данный пилотный выпуск посвящен российским специалистам, работавшим за рубежом в области психологических наук в XIX — первой половине ХХ в. Он включает 84 биограммы психологов, отражающие их научную биографию и труды. Выпуск подготовлен в рамках научно-исследовательской программы Дома Русского Зарубежья им. Александра Солженицына по комплексному изучению истории российской научной диаспоры. Он является частью проекта по созданию многотомного биобиблиографического словаря «Российское научное зарубежье», содержащего информацию об ученых российского происхождения, работавших за рубежом в период с XIX в. вплоть до 1991 г. (распада СССР).



СОДЕРЖАНИЕ


ПРЕДИСЛОВИЕ

БИОБИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ


ВЫДЕРЖКИ ИЗ ПРЕДИСЛОВИЯ

Российская научная диаспора внесла выдающийся вклад в мировую научную мысль, развитие многих национальных научных сообществ и гражданских обществ стран пребывания. В последние десятилетия ее судьба привлекает значительное внимание исследователей. Однако в поле зрения историков оказались прежде всего представители гуманитарных дисциплин, а также российские ученые-эмигранты с мировой известностью. Изучение естественно-научных и междисциплинарных научных сообществ ведется пока менее интенсивно.
Научный проект «Российское научное зарубежье: биобиблиографический словарь», осуществляемый в рамках научно-исследовательской программы Дома Русского Зарубежья им. Александра Солженицына (ДРЗ), призван частично заполнить эту лакуну. Он направлен на комплексное изучение персонального состава российского научного зарубежья и предполагает выявление, концентрацию и верификацию биографической и библиографической информации об ученых, по различным причинам покинувших Российскую империю / СССР и работавших за рубежом преимущественно в период с XIX в. вплоть до 1991 г. (распада СССР).
До сих пор единственным источником комплексных сведений о персональной и институциональной структуре российского научного зарубежья первой половины ХХ века служат изданные еще в 1931 и 1941 гг. Русским научным институтом в Белграде «Материалы для библиографии русских научных трудов за рубежом (1920–1940)» в двух томах под редакцией Е.В.Спекторского, в 1960–70-е годы дополненные работами П.Е.Ковалевского. Однако деятельность представителей российского психологического сообщества в зарубежье — психологов российского происхождения — эмигрантов разных волн — минимально нашла отражение в этом издании. Несмотря на заметное воздействие, которое психологи российского происхождения оказали на развитие научной и философской мысли ХХ века, их научный вклад, профессиональные карьеры и личные судьбы остаются фрагментарно изученными.
Между тем только после революций 1917 года и Гражданской войны Россию покинули (или не возвратились) такие известные российские психологи, лидеры в своих областях науки, как Николай Осипов (1877–1934), Григорий Трошин (1874–1938), Николай Краинский (1869–1951), Николай Лосский (1870–1965), Иван Лапшин (1870–1952), Василий Зеньковский (1881–1962) и ряд других известных или обещавших стать таковыми исследователей, чьи научные труды формировали предметное поле российской психологической науки. Их судьбы в эмиграции сложились по-разному: некоторые стали основателями целых школ и направлений в психологии, другие оставили солидное научное наследие, а третьи безвестно канули.
Настоящее издание является очередным пилотным выпуском вышеназванного проекта ДРЗ и посвящено российским специалистам, работавшим за рубежом в области психологии до начала Второй мировой войны. Особенности институциализации психологии как самостоятельной научной дисциплины на рубеже XIX—XX веков (открытие первых специально психологических институций, расширение преподавания в учебных заведениях, появление научной прессы и профессиональных объединений) отразились и на профессиональном облике психологического сообщества этого периода, который, в свою очередь, обусловил и отбор персоналий для настоящего пилотного выпуска.
Выросшая из недр философии, медицины, зоологии, педагогики, психология изначально имела междисциплинарный характер и в начальный период своего институционального формирования объединяла представителей многих наук. Именно поэтому главным маркером-критерием при определении принадлежности того или иного специалиста к молодому в то время цеху психологии мы считаем прежде всего наличие научных работ в этой области. В то же время учитывались и другие атрибуты — профессиональный статус (позиция), наличие ученой степени, членство в научных обществах, участие в организации и проведении научных исследований и т.д.
Корпус выявленных персоналий отражает все основные потоки российских научных миграций указанного периода: специалистов, работавших за рубежом в XIX в.; представителей так называемой еврейской эмиграции XIX—ХХ в.; научных беженцев периода Гражданской войны (1917–1921) и высланных из СССР в 1922 г.; так называемых невозвращенцев 20–30-х годов. Согласно нашим материалам география миграций российских специалистов в области психологии охватывает более тридцати стран мира — от Южной Америки и Австралии до Европы и Китая. Такое рассеяние и разбросанность специалистов свидетельствуют, с одной стороны, о сложности профессионального устройства, а с другой, о высокой мобильности и адаптивности психологического сообщества диаспоры. Небольшое по размерам, компактное, оно сумело не только выжить в условиях новой языковой, культурной и профессиональной среды, но и занять в ней лидирующие или заметные позиции при сохранении своей «диаспоральной» принадлежности (персональные связи, институции, пресса).
Страны, принявшие российских специалистов, разделяются на две качественно отличные группы: «страны-транзиты» и «страны-резиденции».
«Страны-транзиты», в которых российские специалисты проводили по несколько лет, обеспечивали им возможность пройти через широкую образовательную и научную инфраструктуру, получая специальное образование, повышая свою квалификацию, расширяя кругозор, осуществляя научные проекты, приобретая научные деловые связи, вливаясь в интернациональные научные сообщества и, наконец, распространяя свои научные достижения. Они дали возможность научным беженцам не прерывать научную деятельность или максимально адаптироваться к новым условиям существования вне родины именно в профессиональном статусе.
Германия является безусловным лидером в категории «страны-транзиты» — более одной трети ученых-психологов данного выпуска так или иначе провели здесь ряд лет. Ее первенство обусловлено несколькими факторами. Как известно, на рубеже XIX—XX вв. прежде всего Лейпцигский университет был главным центром подготовки российских психологических научных кадров. В 20-е годы эта роль перешла к Берлинскому университету, где учились многие психологи, в начале 30-х годов эмигрировавшие в США. К тому же именно в Германию отправился известный высланный из России «философский пароход» 1922 года, на борту которого находились ведущие российские философы, ставшие основоположниками и новых направлений психологической науки. Однако, несмотря на многолетние научные и образовательные связи России и Германии, ни один психолог российской диаспоры не остался в этой стране для постоянного проживания и работы, что было не в последнюю очередь обусловлено ужесточением политического режима в стране.
Второе и третье место в группе «страны-транзиты» занимают Франция и Швейцария, которые также на протяжении многих лет служили образовательным ресурсом для российских психологов.
«Страны-резиденции» приняли российских специалистов или были избраны ими для нового постоянного места жительства и реализации научного потенциала вплоть до последних дней жизни. Формально этот список возглавляет Франция. Однако здесь «остановились» в основном те специалисты, которые покинули Россию еще до 1917 г., а также те, для кого психологические исследования были составной частью их более общей философской или военно-исторической деятельности. Реальными лидерами группы «стран-резиденций» для россиян в ХХ в. стали США и Чехословакия.
Наряду с волной дореволюционной еврейской эмиграции значительную часть приехавших в США составляли молодые психологи, в основном получившие образование в Германии после 1917 г. и уехавшие за океан по контракту на рубеже 1930–31 гг. Они сразу начали работать в американских учреждениях, печатались по-английски и принимали участие в американской «русской» жизни опосредованно — в основном через личные контакты и тематику исследований, например, изучая психологический статус перемещенных лиц. Практически все попавшие в США российские по происхождению психологи стали очень известными специалистами в своих областях.
Второй центр «стран-резиденций» был сосредоточен в Чехословакии, где обосновалась одна из самых значительных и влиятельных групп российских психологов-эмигрантов. Здесь, как известно, существовала особая политическая, культурная и интеллектуальная среда, целенаправленно сформированная на основе концентрации российских научных работников самого разного профиля, а также значительная образовательная и научная институциональная инфраструктура, прежде всего научная периодическая печать. В силу эмигрантского статуса лишенные собственно «клиники», психологи обратились здесь к трем наиболее доступным с точки зрения профессии полям исследования — литературным текстам, «личности» и детям русской эмиграции. Статус одного из основных центров российского психологического зарубежья Чехословакия сохраняла на протяжении многих лет, чему, несомненно, способствовала космополитичная интеллектуальная атмосфера Праги, где до Второй мировой войны одновременно сосуществовали и взаимодействовали чешские, русские, украинские, белорусские, немецкие, французские университеты, институты, кружки, семинары.
Изучение биограмм российских психологов, работавших за пределами Российской империи / СССР в конце XIX — первой половине XX в., показывает, что они сформировали сложное по структуре, но вполне определенно очерченное «российское психологическое зарубежье», объединенное не только единством происхождения и языком, но и внутренними профессиональными связями.
Последнее обстоятельство особенно важно, т.к. персональный состав российской научной диаспоры складывался из двух больших, хотя и не равновеликих, сегментов. Первый составляли научные специалисты, сформировавшие в эмиграции широкую национальную научную инфраструктуру. Второй — ученые, сделавшие индивидуальную карьеру в научных институциях стран пребывания. Стресс «эмиграцией» обернулся для них существенным позитивным импульсом, и многие из них стали основателями новых научных школ и направлений, возглавили лаборатории, институты или кафедры.
Настоящий выпуск объединяет в своем составе биографии российских ученых, принадлежавших обоим сегментам научного зарубежья. Он включает сведения о научных специалистах, работавших в области психологии, — гражданах Российской империи / СССР, родившихся по 1921 год включительно (год окончания Гражданской войны) и покинувших Россию / СССР по различным причинам в XIX — первой половине ХХ вв. В него вошли также те научные специалисты из стран, получивших после 1917 г. национально-государственную самостоятельность (Польша, Латвия, Литва, Эстония, Финляндия), которые в течение многих лет работали и / или публиковались в России.
<...>
Н.Ю.Масоликова, М.Ю.Сорокина