Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Зеньковский В.В. Собрание сочинений. Т. 4: Христианская философия / Василий Зеньковский; [сост., подгот. текста О.Т.Ермишина; примеч. О.Т.Ермишина и В.И.Коцюбы].

Зеньковский В.В. Собрание сочинений. Т. 4: Христианская философия / Василий Зеньковский; [сост., подгот. текста О.Т.Ермишина; примеч. О.Т.Ермишина и В.И.Коцюбы].

Год выпуска 2011
Число страниц: 536
Переплет: твердый
Иллюстрации: нет
ISBN: 978-5-85887-400-3 (РП), 978-5-98854-040-3 (ДРЗ)
Размер: 222×150×26 мм
Вес: 660 г.
Голосов: 3, Рейтинг: 3.56
Нет в продаже
Оставить отзыв

Описание

На основе обширного творческого наследия философа, богослова, психолога, педагога, литературоведа и мемуариста В.В.Зеньковского (1881–1962) впервые издается Собрание сочинений, в котором представлены работы по различным темам и отраслям знания. В издании представлены преимущественно малоизвестные и не переиздававшиеся тексты.
В 4-й том включены работы по христианской философии. Под рубрикой «Из архивного наследия» впервые публикуется труд, написанный в первой половине 1920-х гг. и названный автором в предисловии «Введением в систему философии Православия». В остальной части тома представлена созданная Зеньковским в конце жизни система христианской философии — 2-томное фундаментальное исследование «Основы христианской философии» и работа «Принципы православной антропологии».


СОДЕРЖАНИЕ Т.4


[ВВЕДЕНИЕ В СИСТЕМУ ФИЛОСОФИИ ПРАВОСЛАВИЯ]
Из архивного наследия

[Предисловие]

Часть I
Современная европейская культура в ее основных моментах и в ее происхождении

Глава I. Политический процесс в современной Европе
Глава II. [Экономическая жизнь современной Европы]
Глава III. Очерк некоторых важных понятий
Глава IV. [Социальная жизнь современной Европы]
Глава VII. [Этические искания в духовной жизни Европы]

ОСНОВЫ ХРИСТИАНСКОЙ ФИЛОСОФИИ

Том 1
Христианское учение о познании

Предисловие
Глава I. Идея христианской философии
Глава II. Современные учения о разуме
Глава III. Христианское учение о разуме.
   А. Разум и вера
Глава IV. Христианское учение о разуме.
   Б. О субъекте познания
Глава V. Акт познания
Глава VI. Христианские предпосылки знания
Глава VII. О двух путях познания мира
   (Проблема культурного дуализма)
Глава VIII. О предмете познания
Глава IX. Познание и реальность

Том 2
Христианское учение о мире

Введение

Часть I
Основная идея христианской метафизики

Глава I. Идея творения
Глава II. Иерархическая структура бытия
Глава III. Учение о «поврежденности» природы

Часть II
Основные проблемы христианской метафизики

Глава I. Состав бытия
Глава II. Состав бытия (Продолжение)
Глава III. Жизнь мира (Проблема эволюции)
Глава IV. Человек в мире

Часть III
Бог и мир

Глава I. Бог в мире
Глава II. Действия Бога в мире
Глава III. О конце истории

ПРИНЦИПЫ ПРАВОСЛАВНОЙ АНТРОПОЛОГИИ

Вводные замечания
Происхождение человека
Об образе Божием в человеке
О содержании понятия «образ Божий»
«Соборность». Не «подобосущие», а «единосущие»
О теле человека
Зло в человеке
Крест в жизни человека

Примечания


РЕЦЕНЗИИ


Андрей Мартынов
И богослов, и философ, и литературовед…

«Посев» №2(1625), февраль 2013 г.

Современники оставили о нем самые светлые воспоминания: «Пастырь добрый. Мягкость, сочувствие, излучение какого-то природного оптимизма, человечность». И еще: «Его к людям тянуло, и не затем, чтобы навязывать им что-то, а чтобы передавать свет, знания, благодать».
Протопресвитер Василий Васильевич Зеньковский (1881–1962) действительно передавал знания, в том числе и научные. И притом не только как пастырь. Родившийся в семье директора гимназии, служившего одновременно церковным старостой (дед офицер Императорской армии, ставший в последующем священнослужителем), он, как и практически все мыслители Серебряного века прошел путь «от марксизма к идеализму» (Сергей Булгаков), хотя в случае с Василием Васильевичем скорее от позитивизма к идеализму. Увлечение естественнонаучным знанием сменилось страстным интересом к психологии, а затем не меньшей любовью к философии и богословию (заместитель председателя религиозно-философского общества в Киеве). В годы революции и Гражданской войны Зеньковский был министром исповеданий в правительстве гетмана Павла Скоропадского. Гетман характеризовал его как «очень благожелательного и мягкого человека». Правда, «несколько увлекающегося и кадета завзятого. Его партийность мешала несколько его объективному суждению. Я с ним хорошо жил и жалел его, видя, насколько трудно было дело, во главе которого он стоял». Потом эмиграция (Югославия, Чехословакия, девять месяцев в Соединенных Штатах, затем до конца жизни Франция). Во Франции Зеньковский стал заведующим кафедрой философии, истории русской философии, психологии и апологетики знаменитого парижского Свято-Сергиевского богословского института, а после кончины протопресвитера Сергия Булгакова возглавил его. Одновременно он являлся активным участником Русского студенческого христианского движения. Там же, во Франции Василий Васильевич стал отцом Василием, будучи рукоположенным митрополитом Евлогием (Георгиевским) в иереи.
Сфера интересов Зеньковского разнообразна: здесь и педагогика, и философия, и литературоведение, и собственно богословие. И в каждом из них мыслитель себя блестяще проявил. Вышедшее собрание сочинений отражает все эти направления его деятельности. Точнее, их уже отражает наиболее полный на сегодняшний день двухтомник статей, вышедший в рамках собрания сочинений.
Например, идеям педагогики (схожие мысли можно найти в его обстоятельном труде «Проблемы воспитания в свете христианской антропологии») посвящена статья «Религиозное движение среди русской молодежи в эмиграции». В ней Зеньковский, в частности, честно констатирует: «Я не знаю, можно ли называть значительным и глубоким русское религиозное движение среди молодежи, но я знаю, что глубока и значительна его тема. Это тема, выдвигающаяся из самой глубины религиозного перелома, переживаемого нами, есть тема оцерковления жизни. Мистическая напряженность и чистое искание правды Христовой не удаляют от жизни, но становятся проводником подлинно творческого духа, обращенного к жизни во всех ее проявлениях. И его пульс бьется и в молодежи».
Или вот философия. Статья «Идея всеединства Владимира Соловьева» (о нем Зеньковский писал и в своей знаменитой «Истории русской философии»). Касаясь концепции, изложенной в «Истории и будущности теократии» и «России и Вселенской церкви», мыслитель с сожалением отмечал, что в ней «слишком много ненужной фантазии, которая здесь призвана вывести из затруднений систему всеединства. Соловьев оказался в плену монистической концепции. Он принял систему всеединства, то есть отверг онтологический дуализм, который входит в метафизику христианства через идею творения. Онтологическая неодноприродность Бога и мира есть коренная идея христианской метафизики». Истоки подобных ошибок Зеньковский видит в увлечении Соловьевым античной идеей всеединства, идущей от неоплатоников, в частности, от Плотина. Следует, впрочем, отметить, что, несмотря на столь критические замечания, автор «Русских мыслителей и Европы» высоко ценил христианскую антропологию Соловьева (статья «Судьба Халкидонских определений»). И это не удивительно, в  свете биографии самого Василия Васильевича. Молодым человеком под влиянием нигилистических сочинений Дмитрия Писарева («первоклассный популяризаторский талант») он отошел от веры, занявшись наукой (четыре года учился на естественно-математическом факультете Киевского университета). Однако, под влиянием сочинений Соловьева вновь вернулся в лоно церкви.
Отражены в сборнике и литературоведческие размышления Зеньковского. И не только о любимых им писателях XIX века: Антоне Чехове, Иване Тургеневе или Николае Гоголе (о последнем у Василия Васильевича вышла и отдельная монография). Они тесно увязано с исследованием философской мысли, вспомним его статью «Философские мотивы в русской поэзии». Он начинает ее с признания: «Когда я работал над своей книгой “История русской философии”, мне очень хотелось написать особую главу (в качестве приложения) о “философских мотивах в русской поэзии”». Отметим, что другой философ, Николай Лосский в своей «Истории русской философии» не сдерживал себя и одну из глав назвал «Философские идеи поэтов-символистов». Зеньковский подчеркивал, что «Мощь же ее (отечественной философии – А.М.) собственного гения впервые проявилась в сфере литературы».
Есть у Василия Васильевича и отклики на современные темы, например, рецензия на книгу Владимира Варшавского «Незамеченное поколение». В ней он, развивая мысль о «миссии русской эмиграции» (Иван Бунин), которая была основной и в труде Варшавского, стремится придать ей религиозное звучание: «Смысл современной трагедии заключается именно в том, что пути культуры и Церкви разошлись чрезвычайно глубоко». Зеньковский решительно подчеркивал, что «отрицать этот факт или преуменьшать его значение было бы легкомыслием». Русская эмиграция своими исканиями (описанными в том числе и в книге Варшавского) призвана преодолеть секуляризацию не только внутри себя, но и способствовать этому процессу в культуре стран рассеяния.
Касаясь двух последующих томов, необходимо сделать небольшое отступление. Составитель собрания историк философии Олег Ермишин (Москва) не стал включать в него ранее уже переиздававшиеся в постсоветской России произведения: знаменитую «Историю русской философии», «Гоголя», «Апологетику», «Русские мыслители и Европа»… Наверное, это правильно. Все-таки книги сейчас дорогие и покупать дубль к уже имеющемуся томику для небогатых исследователей накладно. Тем более, что и продать ранее приобретенные книги, отбив хотя бы вложенные в них средства, тоже не так просто.
В третий том вошла магистерская диссертация «Проблема психической причинности». Книга была напечатана в 1914 году в Киеве небольшим тиражом и стала с тех пор библиографической редкостью. В своем труде Василий Васильевич стремился синтезировать философские и собственно психологические основания причинности. Целью мыслителя было обобщение различных опытов («органического понимания психики»), иными словами, того, что сейчас называется кросс-культурными исследованиями. Поэтому Зеньковский вычленяет логические и гносеологические (философские) факторы. Одновременно, он рассматривал различные виды собственно психической причинности: естественнонаучные, психофизические, etc. Вместе с тем, философ активно критикует мыслителей, тесно увязывавших (а точнее, ставивших в зависимость) психическую активность, психологию в целом, с естественно-научным мировоззрением (позитивизм, материализм), видя ее всего лишь «бледной тенью» реальности…
Ценная работа, хотя и вызвавшая критические отзывы. Кстати, совсем не со стороны философов-материалистов. Последователь феноменологии Густав Шпет не без основания упрекал Зеньковского в отсутствии методологии и эклектичности повествования. Хоть Василий Васильевич и обиделся на Густава Густавовича, но в дальнейшем подобных ошибок не допускал.
В четвертом томе собрания напечатаны «Основы христианской философии» (ранее опубликованные в 1960–1964 годах издательством «Посев»), «Принципы православной антропологии» и до этого ни разу не публиковавшееся «Введение в систему философии православия». Последняя рукопись создавалась в первой половине 20-х годов и была обнаружена в архиве Русского студенческого христианского движения. Сочинение, к сожалению, осталось незавершенным. Зеньковским были написаны только несколько глав первой части, посвященных критике европейской культуры (в частности, этике, экономике, социальной жизни).
«Принципы православной антропологии» рассматривают проблемы соборности, соотношения образа Божия и человека, собственно происхождение человека. Касаясь последнего вопроса, Зеньковский выражал сожаление, что «хотя нет ныне ни одного серьезного ученого, который отрицал бы чрезвычайные затруднения в объяснении того, как появился человек на земле, — но все же стремление обойтись без библейского учения об особом “творении” человека остается, к сожалению, руководящим у подавляющего большинства ученых». Также исследователями, по мнению теолога, все внимание уделяется биологической природе человека, в то время как духовная не учитывается. Последнее выглядит спорно, в контексте современной Зеньковскому мысли, например, теории знаменитого французского антрополога и теолога Пьера Тейяра де Шардена… Концептуально это утверждение дополняет полемическая статья Зеньковского о трудах Шардена. Она была опубликована в качестве приложения к «посевовскому» изданию «Основ христианской философии». При републикации книги в настоящем собрании приложения, к сожалению, опустили. И здесь, пожалуй, слабое место настоящего собрания. Да, статья о другом французском религиозном философе Антонене Сертийанже (первое приложение), и о Шардене, лежат вне общего контекста «Основ». Но они важны для понимания антропологии и богословия Зеньковского, не только в рамках сочинений, собранных в данном томе, или даже в целом наследия ученого, но и для понимания его самооценки, того места которое философ сам намечал для себя в истории мысли...
Но собрание действительно замечательное. Остается надеяться, что традиция публикаций собраний сочинений писателей и мыслителей зарубежья, предпринятая издательством «Русский путь» (уже вышли или выходят тома Бориса Поплавского и Владислава Ходасевича) будет продолжена и в дальнейшем.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ





См. также: