Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Йованович М. Русская эмиграция на Балканах: 1920–1940 / Пер. с серб. А.Ю.Тимофеева; Науч. ред. А.В.Громова-Колли, Е.В.Михайлова.

Йованович М. Русская эмиграция на Балканах: 1920–1940 / Пер. с серб. А.Ю.Тимофеева; Науч. ред. А.В.Громова-Колли, Е.В.Михайлова.

Автор(ы): Йованович М.
Издательство: Русский путь
Год выпуска 2006
Число страниц: 488
Иллюстрации: есть
ISBN: 5-98854-001-5, 5-85887-235-2
Размер: 248х170х29 мм
Вес: 800 г.
Голосов: 3, Рейтинг: 3.33
308 р.
Оставить отзыв

Описание

После бурного 1917-го и Гражданской войны значительное количество русских людей было вынуждено навсегда покинуть свою родину. Многие обрели новый дом на Балканах. Исследование базируется на обширных и зачастую впервые вводимых в научный оборот статистических и документальных материалах, ярко показывающих трагизм существования русской диаспоры как уникального социального слоя и культурно-психологического феномена российского общества.




СОДЕРЖАНИЕ


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ 
 Россия и Балканы 
 Взгляд на русскую эмиграцию в зеркале всемирной истории 
 Источники и литература 
ПОЛИТИКA
МЕЖДУНАРОДНАЯ ПОЛИТИКА И СУДЬБА РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ  
В НОВЫХ ГОСУДАРСТВАХ 
БАЛКАНСКИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЭЛИТЫ МЕЖДУ БЕЖЕНЦАМИ, СОВЕТСКОЙ РОССИЕЙ И ЕВРОПЕЙСКОЙ ПОЛИТИКОЙ: ГРЕЦИЯ, КОРОЛЕВСТВО СХС, БОЛГАРИЯ 
 Отношение Греции к русскому вопросу 
 Отношение Королевства СХС к русскому вопросу 
 Русский вопрос в болгарской политике 
БЕССАРАБИЯ И ПОЛИТИКА РУМЫНИИ ПО ОТНОШЕНИЮ К СОВЕТСКОЙ РОССИИ, РУССКИМ НАЦИОНАЛЬНЫМ  МЕНЬШИНСТВАМ И БЕЖЕНЦАМ 
ПОД МЕЖДУНАРОДНЫМ ПРОТЕКТОРАТОМ: ПРОБЛЕМА КОНСТАНТИНОПОЛЯ   
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РУССКИХ БЕЖЕНЦЕВ В БАЛКАНСКИХ ПОЛИТИЧЕСКИХ СМУТАХ: АЛБАНСКИЙ ЭПИЗОД 
ИДЕЙНО-ПОЛИТИЧЕСКИЕ (ИДЕОЛОГИЧЕСКИЕ) ГОРИЗОНТЫ НА РУССКИХ БАЛКАНАХ 
МИР ДОРЕВОЛЮЦИОННЫХ ИДЕЙ: ПЕРВОЕ ПОКОЛЕНИЕ 
 Монархизм 
 Республиканские (левые) идеи 
 Антисемитизм 
 Евразийство 
ИДЕИ ЭМИГРАНТСКОЙ ПОВСЕДНЕВНОСТИ: ВТОРОЕ ПОКОЛЕНИЕ 
 «Молодая Россия» 
 Национальный союз нового поколения (НТС) 
 Русская фашистская партия 
РУССКИЕ БАЛКАНЫ И СССР: ПОЛИТИЧЕСКАЯ НЕТЕРПИМОСТЬ 
«Кто виноват за нашу злую долю...»: Размышления начала 1920-х годов 
«Родина в опасности», или возможность «окончательно рассчитаться»: Взгляды конца 1930-х годов 
ГРУППА 
ФОРМИРОВАНИЕ 
ИЗГНАНИЕ 
 Первая эмиграционная волна (весна 1919 года) 
 Вторая эмиграционная волна (зима–весна 1920 года) 
  Эвакуация Одессы 
  Эвакуация Новороссийска 
 Третья эмиграционная волна (ноябрь 1920 года) 
НА БАЛКАНАХ 
 Разгрузка Константинополя 
 Проблема армии 
  Политическая борьба 
  Продолжение политического давления 
  Переговоры и переселение 
  Переселение малых групп 
  Королевство СХС 
  Болгария 
ЧИСЛЕННОСТЬ И РАЗМЕЩЕНИЕ 
 Изменение численности русских эмигрантов на Балканах 
 Прибытие 
 Ситуация в Румынии 
 Внутренние балканские миграции 
 Сокращение численности 
СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА 
 Взрослое население с учетом разделения по полу и возрасту 
 Возрастная структура 
 Половая структура 
«Российская» или «русская» эмиграция: Национальная и религиозная структура эмигрантской группы 
 Национальный состав 
 Религиозная структура 
ИЗГНАННАЯ ЭЛИТА: ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ И ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ СТРУКТУРА 
 Образовательная структура 
 Профессиональная структура 
 Из генералов в сапожники: социальное деклассирование 
 Сравнение с Россией 
 Балканские параллели 
«МИССИЯ» ИЛИ «ОБЩЕСТВО В ИЗГНАНИИ»:  СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ, СТРУКТУРНЫЕ И ИСТОРИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ  РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ 
 Русская эмиграция как социальная группа 
 Группа как реальный и неполный коллектив 
 Группа как структурированные социальные рамки 
 Неразрывные и действенные коллективные представления и идеи 
 Общая цель 
ИСТОРИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ 
ОБЩЕСТВО 
ПРАВОВОЙ СТАТУС 
МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ РУССКИХ ЭМИГРАНТОВ 
 Советское законодательство и проблема беженцев 
 Решение эмигрантской проблемы в рамках международных институтов и международного права 
 Законодательные нормы балканских государств 
«ОЙ, НЕСЧАСТНАЯ МАТУШКА РОССИЯ...»: РУССКИЕ И БАЛКАНЫ — ОБРАЗ «ДРУГОГО» 
«Я славянин. моя Семья богата»: предварительные условия и стереотипы — традиционный взгляд 
«Мы — изгнанники, мы всюду чужие»: Реальность совместной жизни и представление о «другом» 
«Простота, интимность и фамильярность заметны тут повсюду»: Комплексные представления о «другом» — сходство и различия в культуре и традициях 
СТОЛКНОВЕНИЕ С ОКРУЖЕНИЕМ: АДАПТАЦИЯ И ИНТЕГРАЦИЯ 
Общие рамки интеграции 
Ключевые факторы в процессе интеграции: Государственная политика 
Ключевые факторы в процессе интеграции: Самоидентификация  
Ключевые факторы в процессе интеграции: От идеи скорого возвращения к идее «миссии» русской эмиграции 
Почему Зарубежная Россия? Важность феномена и его функциональные характеристики в изгнании 
ОБЩЕСТВЕННАЯ ЖИЗНЬ 
 Общественные организации 
 Общественные организации первого поколения эмигрантов 
 Русская армия и РОВС 
 Русская православная церковь за границей 
 Русский совет 
 Государственные и неправительственные учреждения 
 Представительства центральных эмигрантских организаций на Балканах 
 Местные эмигрантские организации на Балканах, их деятельность и место в Зарубежной России 
  Общественные организации второго поколения эмигрантов:  педагогические и молодежные организации 
  Реконструкция численности русских школ на Балканах 
  Преподавательский состав 
  Деятельность школ 
  Молодежные организации 
 Русская культура на Балканах 
 Наука 
 Мир русской книги 
 Художественная литература 
 Изобразительное искусство 
 Архитектура 
 Театр 
 Журналистика 
ЧЕЛОВЕК 
МЕЖДУ ИДЕАЛОМ И ЖИЗНЬЮ: ЛИЧНОСТЬ И ЭМИГРАЦИЯ 
Решение 
В изгнании 
ТРУД 
Трудоустройство 
Социальное положение 
СЕМЬЯ И БРАК В ЭМИГРАЦИИ 
Семья
Брак 
ЖЕНЩИНЫ В ИЗГНАНИИ 
Общественный и демографический контекст: Изучение случайной группы 
Общественная жизнь русской женщины в эмиграции 
«МЫ, ДЕТИ, УЖЕ ТОГДА СТАЛИ ВЗРОСЛЫМИ»:  ДЕТСТВО  В ЭМИГРАЦИИ 
«На праздники детей к себе я не возьму»: Влияние общества на взросление детей в изгнании 
«Я русский... не знаю, почему я русский»: Самоидентификация и субъективное детское восприятие жизни в изгнании 
КАРТИНЫ РУССКОГО БЫТА 
Отблески прошлой жизни 
Религиозность 
БОЛЕЗНЬ И СМЕРТЬ 
Болезнь 
Смерть 
 Встречи со смертью 
 Демографическое значение смерти 
 Эмиграция как причина смерти 
 Символика смерти 

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА 
ИМЕННОЙ УКАЗАТЕЛЬ 
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ 


 

РЕЦЕНЗИИ


Анна Кузнецова

«Знамя» №7,  2006 г.

Новая серия открывается диссертационной работой одного из учредителей белградского Общества социальной истории, учрежденного в 1998 году.
После поражения белых армий в Гражданской войне около 200 тысяч человек обосновались в балканских государствах, надеясь переждать беду поблизости от России и вскоре вернуться. В 40-х годах их осталось около 10 тысяч — уезжали поначалу во Францию и Бельгию, где можно было трудоустроиться, оттуда бежали от нацизма в США.
Исследование базируется на документах организаций, занимавшихся приемом и размещением русских беженцев; точные данные часто оформленные в виде таблиц; есть и осмысление этих данных в различных культурологических аспектах.

 

Виктор Борисов
Русские на Балканах

«Политический журнал» № 112, 15 мая 2006 г.

Сербский историк Мирослав Йованович впервые на обширном архивном материале нарисовал подробный историко-социологический портрет русской послереволюционной эмиграции в балканских странах. Один список использованных архивов (из восьми стран!) занимает две страницы. В книге также много таблиц, характеризующих социальные и демографические показатели балканской эмиграции.
Автор подчеркивает вслед за видным эмигрантским поэтом Борисом Поплавским, что «возникновение эмиграции подобно сотворению мира». Югославский исследователь полагает, что жизнь русских беженцев на Балканах надо освещать во всей ее целостности, не сводя дело к культурной миссии эмиграции, как делают многие авторы, а рассматривая также ее социологию, быт и специфическую политическую жизнь. Как отмечается в книге, главное в многовековых взаимоотношениях России и балканских стран — это конкретные человеческие судьбы. На Балканах в 1919–1920 гг. осело лишь около 200 тыс. русских беженцев — меньшая часть эмиграции первой волны, поскольку основная масса эмигрантов стремилась в более развитые и казавшиеся более благополучными Германию, Францию и Чехословакию, где легче было найти работу. Поэтому к началу Второй мировой войны на Балканах осталось лишь около 40 тыс. выходцев из России. Основная масса их перебралась во Францию, и лишь наиболее дальновидные направились сразу в Америку.
Йованович приходит к выводу о том, что «появление беженцев из России… представляло собой ключевое событие, повлиявшее на возникновение под эгидой Лиги Наций современного международного законодательства по вопросам беженцев». Именно для работы прежде всего с русскими беженцами Лига Наций учредила в 1921 г. должность верховного комиссара по делам беженцев. С русскими эмигрантами связано и появление «нансеновского паспорта» — удостоверения лица без гражданства. Йованович особо отмечает, что «политическая жизнь в изгнании проходила под знаком парадокса: занятие политикой было бесплодно и обречено, но без политических перемен в России для этих людей туда не было возврата, поскольку они именно из-за своего политического радикализма оказались в изгнании». Насчет радикализма можно поспорить, ведь большевиков к умеренным никак не отнесешь. Но Йованович прав, когда утверждает, что политическая деятельность, к которой питали такую страсть многие эмигранты, никак не изменяла их статуса в странах пребывания, поэтому довольно скоро основная масса беженцев от политики обратилась к повседневным бытовым проблемам.


Андрей Мартынов
Между Харбином и Белградом (отрывок)

НГ Ex Libris от 08.06.2006 г.

После поражения в Гражданской войне значительная часть русских эмигрантов оказалась в пределах государств, восстановивших независимость после распада империи (Польша, Финляндия, страны Прибалтики). Казалось, что территории, более или менее адаптированные к русскому быту, с развитой социальной системой обеспечат относительно благополучное существование изгнанникам. Аналогично рассматривалась возможность пережить беженское неустройство в странах-союзницах по Первой мировой войне. Надежды оказались напрасными. Новые страны были заняты собственным устройством, и им в лучшем случае не было дела до каких-то русских (в худшем на них смотрели, и не без основания, как на недавних притеснителей). Недавние союзники или просто закрыли для большинства эмигрантов свои границы (Великобритания), или же предоставили низкооплачиваемые или тяжелые работы (Франция, Бельгия). Исключение составили «русская» территория Китая, бывшая, по сути, колонией империи, и Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев (будущая Югославия)...
...Государь Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев Александр IV Карагеоргиевич видел в изгнанниках правопреемников императорской России и, следовательно, союзников по Первой мировой. Финансирование социальных программ и формирование условий для интеграции в страну рассеяния, а также языковая и конфессиональная близость создали в значительной степени благоприятный климат для эмигрантов. Сербский ученый Мирослав Йованович дает антропологический анализ русской диаспоры. Йованович реконструирует картину мира беженца. Его отношение к семье и труду, болезни и смерти. Ученый показывает, как меняется религиозность эмигранта, его самосознание. Йованович рассказывает об удачном опыте восстановления русской диаспорой дореволюционного быта: создание административных структур, учебных заведений, издательских программ.
Как и в Китае, Русское зарубежье на Балканах было разрушено внешними факторами, в первую очередь началом Второй мировой войны. Эмигрантам пришлось вновь бежать (в основном в те же США и Латинскую Америку) во избежание депортации в Советский Союз. Будь то Восток или Запад – все дороги ведут в Вашингтон.